Сады в Москве XVI и XVII ст

Петрей де Эрлезунда, посланник шведского короля Карла XII, посетивший Россию в 1608 и 1611 гг., писал: «Некоторые думают и пишут, что в России не растет ни плодовых деревьев, ни зелени, они грубо ошибаются: там не только разводятся различные деревья, но и сеются всякого рода семена, так что в России легче достать плодов, чем в ином месте, как, например, яблок, слив, свеклы, петрушки, хрену, редьки, редиски, тыквы, огурцов, серой и белой капусты, луку, чесноку, шалфею, ноготков, фиалок разноцветных, мирры, гвоздики, иссопу, майорана, тимьяна, базилики, перца и других тому подобных плодов, упоминание о которых считаю здесь излишним».

В 1633 г. Фридрих III снарядил в Москву к царю Алексею Михайловичу посольство, в состав которого входил ученый математик Адам Олеарий, дважды посетивший Москву. В своих записках о России, изданных в 1647 г., Олеарий восхищается прекрасными грушами, вишнями, сливами, смородиной и особенно наливными яблоками, причем он отмечает, что сады «украшались дикими розами и шиповником».

Секретарь австрийского посольства Адольф Лизек, посетивший Москву в 1675 г., также отмечает, что «там Помона не скупее Цереры в дарах своих, что смородины, вишен, яблок и слив, огурцов, арбузов и дынь родится множество отменной доброты и необыкновенной величины. Нам давали дыни весом более 20 фунтов, а люди, заслужившие полную доверенность, утверждали, что бывают дыни в 30 и даже 40 фунтов».

В 1675 г. боярин Матвеев прислал польскому послу Глинскому блюдо наливных яблок и велел ему сказать, что «плоды оны родятся не в одной Италии и Германии, но и в России и не уступают первым во вкусе» (Царствование царя Алексея Михайловича, ч. II, 1831).

В них росли: «яблоня кудрявая, наливчата, груша зеленая, вишенье, калина, малина, черная ягода смородина — кусточки частые, цветы алые, лазоревые».